Почему признание белорусского решения в ЕС — это не «копипаст» белорусского исполнительного листа?
Взыскание долга — это превращение судебного акта в реальные деньги за счёт имущества должника. Когда у кредитора на руках решение экономического суда Республики Беларусь, а активы должника находятся в Евросоюзе, путь к деньгам лежит через признание и приведение решения в исполнение по праву страны, где есть имущество. В ЕС действует Регламент № 1215/2012 (Брюссель I bis), который отменил экзекватуру между государствами-членами. Но Беларусь не входит в ЕС, поэтому белорусские решения проходят «классическую» процедуру признания по внутреннему праву соответствующей страны ЕС, а не по Брюсселю I bis. Автоматическая «циркуляция» без экзекватуры охватывает только внутрисоюзные решения. Для «третьих государств» государства-члены опираются на своё национальное право и действующие конвенции.
Как доказать надлежащее извещение ответчика по Гаагской конвенции 1965 года о вручении?
Ключевой камень преткновения в делах о признании — уведомление ответчика. Беларусь участвует в Гаагской конвенции 1965 года о вручении за границей судебных и внесудебных документов. Для судов ЕС критично предъявить сертификат о вручении либо убедительные доказательства попыток, сделанных через центральные органы. На практике суды Германии, Франции, Нидерландов и Испании проверяют именно факт надлежащего уведомления.
Как суды стран ЕС проверяют белорусские решения: краткая карта по ключевым юрисдикциям
Поскольку «единых» правил для третьих стран нет, каждая юрисдикция применяет свой тест на признание.
Во Франции с 2007 года действует «формула Корнелиссена». Кассационный суд сократил проверку до трёх вопросов: международная компетенция иностранного суда, соблюдение права на защиту, отсутствие нарушения публичного порядка. Это лаконичный, но требовательный фильтр, и он стабильно используется французскими судами.
В Германии признание регулируется § 328 ГПК (ZPO), а исполнение — через отдельный «исполнительный приговор» по §§ 722–723 ZPO. Суд не пересматривает существо спора, но проверяет процессуальные гарантии, совместимость с германским публичным порядком и, в некоторых случаях, «взаимность».
В Нидерландах общий принцип содержится в ст. 431 ГПК: иностранные решения, как правило, не исполняются напрямую. Вместо этого подаётся упрощённый иск о признании с «квази-экзекватурой». Верховный суд в деле Gazprombank/Brensadon сформулировал четыре условия признания: международно приемлемая подсудность, соблюдение надлежащей процедуры, отсутствие конфликта с публичным порядком и отсутствие противоречия более ранним решениям.
В Испании всё сконцентрировано в Законе № 29/2015 о международной правовой помощи по гражданским делам. Он детально описывает понятие экзекватуры, набор документов, основания отказа, апелляционные механизмы и сроки. Судебная практика разъясняет, что общий срок для исполнения иностранного решения составляет пять лет с момента его вступления в силу, если специальный закон не устанавливает иного, — это существенный ориентир для кредитора.
В Бельгии Кодекс международного частного права 2004 года даёт понятный алгоритм: если решение исполнимо в стране вынесения, бельгийский суд, как правило, объявит его исполнимым при соблюдении процедурных гарантий; при этом возможна и модель признания без отдельной процедуры, если спор не требует принудительных мер.
Почему санкции ЕС против Беларуси оказались процессуальным барьером?
Отдельной «красной линией» проходит санкционный режим ЕС. В ноябре 2022 года Верховный суд Литвы рассматривал заявление коммунального предприятия «Витебскоблводоканал» о признании и исполнении решения экономического суда Витебской области. Суд пришёл к выводу, что действующие санкции ЕС против белорусских субъектов могут составлять самостоятельное основание для отказа в признании по мотивам публичного порядка и обязательности следования санкционным регламентам. Дело было возвращено на новое рассмотрение, но правовой ориентир сформулирован: если взыскатель контролируется лицом из санкционных списков, это «красный флаг» для признания. Этот вывод поддержан последующей практикой и аналитикой.
С практической стороны это означает, что ещё до подачи в суд ЕС следует проверить санкционные списки Совета ЕС и структуру собственности взыскателя, а также возможные потоки платежей. В противном случае заявитель потратит месяцы на процедуру и получит отказ в итоге.
Как суды ЕС видят «надлежащее извещение»?
Суды ЕС ожидают, что ответчик был извещён о процессе таким образом и в такие сроки, чтобы реально организовать защиту. Это не формальность: французская «формула Корнелиссена», немецкий § 328 ZPO и нидерландские критерии всегда смотрят на реальный доступ к правосудию. Если извещение шло по Конвенции 1965 года и есть сертификат о вручении, вероятность отказа ниже. Если извещение сделано «по-своему», без участия центрального органа или без надлежащего перевода, суды чаще всего останавливаются на отказе.
Малоизвестный, но важный нюанс: в ряде стран ЕС апостиль на белорусских судебных документах проверяют особенно тщательно, при этом компетентные органы Беларуси по Конвенции 1961 года различаются в зависимости от типа документа (например, по судебным документам — Министерство юстиции). Неверно поставленный апостиль или апостиль «не тем ведомством» — частая техническая причина затягивания сроков.
Что значит «публичный порядок» в конкретных делах: где проходит граница?
«Публичный порядок» — это совокупность базовых принципов правопорядка принимающей страны, нарушение которых делает признание недопустимым. Во Франции суд проверяет, не нарушены ли фундаментальные права; в Германии — нет ли явного конфликта с конституционными началами, включая процессуальную добросовестность; в Нидерландах — оценивают последствия признания и их совместимость с основами правопорядка, причём суд вправе учитывать практику Европейского суда по правам человека. Во всех трёх системах санкции ЕС попадают в орбиту «публичного порядка.
Каков реальный алгоритм действий кредитора из Беларуси, если активы должника находятся, например, в Испании или Нидерландах?
Опыт показывает, что успешные дела строятся на грамотной предподготовке. В Испании необходимо пройти процедуру экзекватуры по Закону № 29/2015: подать заявление с заверенной копией решения и доказательствами его вступления в силу, приложить перевод и подтвердить надлежащее извещение ответчика. Суд проверит основания отказа, перечисленные в статье 46, и вынесет постановление, которое можно обжаловать. Затем начинается стадия исполнения с участием судебного секретаря и приставов. Важная деталь: испанская практика исходит из пятилетнего периода для исполнения иностранного решения, отсчитываемого с момента его окончательности.
В Нидерландах, как правило, подают иск о признании, аргументируя соответствие четырём критериям Gazprombank/Brensadon. Если суд признаёт иностранное решение, вы получаете «квази-экзекватуру»; дальше — обычные исполнительные меры. Никакой формальной «взаимности» с Беларусью нидерландское право не требует, что часто делает эту юрисдикцию удобной при наличии активов.
В Германии вас ждёт отдельное производство об объявлении исполнимости (§§ 722–723 ZPO) с тестом § 328 ZPO на признание. Суд попросит представить доказательства надлежащего извещения, законной подсудности и отсутствие конфликта с публичным порядком; при необходимости — перевод и подтверждение вступления решения в силу.
Какую роль играют документы и переводы, и почему экономия здесь опасна?
Доказывание — это доказательства, а не ссылки. Суду нужны: заверенная копия решения, документ о его вступлении в силу и исполнимости, апостиль (если применимо), перевод, а также документальное подтверждение обслуживания повесток и исковых материалов. В Испании эти требования прямо следуют из структуры Закона № 29/2015; в Германии их воспроизводит судебная практика к § 328 ZPO; в Нидерландах суд ориентируется на «четырёхзвенную» модель и формальную исполнимость в стране происхождения. Недостаточность любого из этих элементов приводит к перезапуску дела и потере времени.
Практическая рекомендация: перед подачей в суд ЕС заранее запросите в белорусском суде отдельную справку о вступлении решения в законную силу и его исполнимости, поставьте апостиль через компетентный орган и подготовьте официальный перевод присяжным переводчиком страны исполнения. Это снижает объём запросов суда и вероятность «разворота» по формальным основаниям.
Что показала практика: три ориентира, на которые смотрят суды
Первый ориентир — корректная подсудность белорусского суда. Во Франции, Германии и Нидерландах проверка международной компетенции суда происхождения — обязательный элемент. Если договор содержал оговорку о подсудности белорусскому суду, это весомый аргумент. Если же иск предъявляли «по месту истца», когда у ответчика нет связи с Беларусью, риск отказа выше.
Второй ориентир — уведомление. При использовании Конвенции 1965 года и наличии сертификата шанс на признание существенно выше. При «прямых» почтовых отправлениях, без участия центральных органов, суды ЕС чаще признают уведомление ненадлежащим, особенно при отсутствии перевода.
Третий ориентир — санкционный контекст и публичный порядок. Литовское дело иллюстрирует, что санкции не только про «замороженные активы», но и про фильтр допустимости признания. В 2024–2025 годах европейские суды и институты всё активнее связывают режим санкций с исключениями публичного порядка, в том числе в спорах о принудительном исполнении.
Почему выбор страны исполнения решает судьбу дела и бюджета?
В доктрине и практике подчёркивается, что количество процедурных стадий, требуемые документы и судебные издержки различаются. Италия по Закону № 218/1995 допускает «автоматическое» признание при соблюдении условий, но для принудительного исполнения всё равно нужен судебный акт об исполнимости. Во Франции применяется экзекватура по статье 509 ГПК; в Испании — титул V Закона № 29/2015; в Бельгии — раздел о признании в Кодексе МЧП. Именно поэтому стратегический выбор юрисдикции часто определяется не только местонахождением активов, но и скоростью и предсказуемостью местной экзекватуры.
Что делать с параллельными процессами и сроками давности: на что ссылаются суды?
Параллельные процессы с тем же предметом и сторонами могут «заглушить» признание из-за коллизии решений, на что прямо указывают германская и нидерландская практики. Сроки давности также трактуются по-разному: например, для Испании ориентир — пять лет с окончательности решения. В Нидерландах Верховный суд подчёркивал, что «материальная» давность по праву страны происхождения не препятствует формальному признанию, но может влиять на запрет исполнения в порядке обеспечительных мер. Такие детали становятся решающими на стадии возражений должника.
Какую доказательственную базу готовить под «удары» должника?
Опыт споров показывает, что должник в ЕС атакует три мишени: компетенцию суда РБ, извещение и публичный порядок. Значит, база должна включать договорную подсудность или иные международно приемлемые основания (место исполнения, место причинения вреда), надлежащее вручение по Конвенции 1965 года с сертификатом, а также разъяснения по отсутствию санкций в отношении взыскателя и допустимости платежей. Нужен и «второй эшелон» — доказательства фактического долга и движений по контракту, потому что некоторые суды допускают частичный возврат к фактическим обстоятельствам для проверки публичного порядка. Эти акценты соответствуют критериям Германии (§ 328 ZPO), формуле Корнелиссена во Франции.
Как оценивают сроки?
Сроки экзекватуры зависят от загруженности суда и полноты пакета документов. Французские и испанские суды, как следует из практических гидов, восприимчивы к «идеальному» досье; в Нидерландах ускоряет процесс корректная ссылка на Gazprombank/Brensadon и доказательство формальной исполнимости в Беларуси. Отдельно нужно учитывать время на апостиль, переводы и международное вручение —цепочка между центральными органами в разных странах может занимать месяцы.
Что из этого следует?
Если активы должника рассеяны по нескольким странам ЕС, не стоит автоматически «идти по месту регистрации». Иногда эффективнее выбрать юрисдикцию, где быстрее получить экзекватуру и доступны сильные обеспечительные меры, а затем через механизмы европейского процессуального права «перенести» исполнение туда, где лежат деньги. Это особенно рационально, когда истекает срок давности или, когда санкции и публичный порядок в одной стране создают повышенные риски отказа.
Итог: возможно ли взыскать долг в ЕС по белорусскому решению?
Да, и это регулярно происходит. Но успех зависит от соблюдения процессуальных гарантий при рассмотрении дела в Беларуси, от выбора юрисдикции исполнения и от качества доказательственного «портфеля» под конкретное национальное право. Французский «тест Корнелиссена», немецкий § 328 ZPO, нидерландская модель через ст. 431 Rv и испанская экзекватура по Закону № 29/2015 — разные дороги, ведущие к одной цели: превратить белорусское решение в инструмент принудительного взыскания в ЕС.
Почему нас выбирают компании с трансграничными спорами
Специалисты ООО «Экономические споры» имеют большой судебный опыт, у наших юристов 15–25 лет профессионального стажа; команда отмечена многочисленными наградами. Многочисленная команда с разными специализациями позволяет быстро собирать «проектные группы» под сложные трансграничные задачи. Директор компании Сергей Белявский 20 лет проработал в системе экономических судов, в том числе 10 лет судьёй; сегодня он — рекомендованный арбитр Международного арбитражного суда при БелТПП, автор пяти книг и более 1200 публикаций, постоянный спикер форумов и конференций. В Минске у нас открыт офис на ул. Кульман, 11, в Гродно — офис на ул. Калючинской, 23. Мы свободно говорим на английском и польском языках. У нас сформирована большая партнёрская сеть в более чем 40 странах мира — от Испании до Китая и Монголии, от США до ЮАР. У нашей компании открыт свой собственный банковский счёт в PKO Bank Polski, что облегчает расчёты с зарубежными клиентами. Нам доверяют более 2000 клиентов; по нашим проектам мы вернули или сэкономили для бизнеса свыше 1,9 млрд рублей.
Если ваша компания выиграла дело в суде РБ, и вы хотите взыскать долг в ЕС, обсудим юрисдикцию, сроки, бюджет и риски. Мы предложим маршрут с учётом активов должника, санкционного фона и практики нужного суда. Оставьте заявку на консультацию на нашем сайте https://e-sud.by — и мы предложим план, где каждый шаг и срок будут понятны.
